Ф. М. Достоевский русская философия






Скачать 25.03 Mb.
НазваниеФ. М. Достоевский русская философия
страница8/227
Дата публикации20.09.2013
Размер25.03 Mb.
ТипДокументы
ley.se-todo.com > Философия > Документы
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   227

Соч.: Избр. статьи. Философия. Критика. Полемика. Л., 1938; Избр. филос. соч. М, 1945; Литературно-критические статьи. М.; Л., 1961.

Л и т.: Пеунова М. Н. Мировоззрение М. А. Антоновича. М., 1960; Маслин А. Н. Материализм и революционно-демок­ратическая идеология в России в 60-х годах XIX века. М., 1960; Чубинский В. В. М. А. Антонович. Л., 1961.

Е. А. Кириллова
АНТРОПОДИЦЕЯ (от греч. anthropos - человек и dike -справедливость, букв, оправдание человека) - содержа­ние нек-рых религиозно-философских учений, пытаю­щихся объяснить противоречие между боготворением, богоподобием человека и наличием несовершенства и зла в нем и от него, доказывающих ценность существова­ния и смысла человеческой жизни, выявляющих пути исправления человека. В рус. философии термин «А.» используется редко, хотя по существу мн. рус. мыслите­ли решали проблему А. Наиболее явно она представле­на в творчестве Флоренского, к-рый считал необходи­мым совместное рассмотрение теодицеи как «восхож­дения нас к Богу» (см. «Столп и утверждение исти­ны») и А. как «нисхождения Бога к нам», «нисхождения благодати в наши недра» (сюда относятся «Очерки фи­лософии культа», 1918; работы по философии искусст­ва и прежде всего незавершенный цикл «У водоразде­лов мысли», 1913-1922). Флоренский утверждал, что тео­дицея и А. - «два пути религии». На первом пути чело­век пытается с помощью разума удостовериться в спасительности данных религии о Боге, а на втором - он испытывает себя, усматривает «свое несоответствие правде Божией» и идет путем очищения. Оба пути анти-номичны (см. Антиномизм) и одновременно связаны между собой. Флоренский усматривал и неравноцен­ность этих путей, поскольку А. - «путь по преимуще­ству практический», более трудный. При этом «цент­ральным вопросом А.» он объявлял христологический, т. е. вопрос учения о Христе. Однако по поводу его ре­альной А. Флоровский заметил: «Всего менее здесь мож­но угадать книгу христианского философа», имея в виду, что Флоренский определяет христианство как «про­поведь Имени Христа», симпатизирует натурфи­лософскому познанию мира, мистике и магии (Пара-цельс, Бёме, Гёте, Баадер, Новалис, Шеллинг и др.). В его А. можно усмотреть элементы и платонизма (связь вещи и ее идеи), и метафизики всеединства (всеединое уст­роение множественного бытия), и неоплатонизма (все­единство как иерархия концентрических оболочек от духовного максимума до духовного минимума), и иси-хазма (идея Божественных энергий). Сам Флоренский определял А. как «конкретную метафизику», т. е. мета­физику, открывающую конкретную явленность духов­ного в чувственном, ноумена в феномене, сверхъесте­ственного в естественном. Это значит, что «сам человек, сама тварь корнями своими уходит в горнее», отсюда символический характер его А. Оправдание человека со­вершается у Флоренского в трех направлениях: в строе­нии (сущности) человека и его истинном пути (усийное (сущностное) и ипостасное начала и др.), в освящении человека (соединение Божественной и человеческой энергий в молитве, иконе, кресте и др.), в деятельности человека, когда сакральная (культовая, литургическая) деятельность освящает науку, философию, искусство, хозяйство. В кн. «У водоразделов мысли» он исходит из того, что «семь чувств... суть семь метафизических осей самого мира» и «микрокосм есть малый образ макро­косма». Поэтому зрительное восприятие представляет собой как бы откровение, а воспринимаемое слухом -проникновение души вещи в душу слушающего челове­ка. Кроме того, человека нужно «дедуцировать» из его идеи (т. е. из «органического единства» всех его органов и проявлений, из общей цели всего, что ни есть в челове­ке). Он критикует иллюзорную, чисто рассудочную де­ятельность, не считающуюся с реальностью, связывая ее с «возрожденским мирочувствием», к-рое переме­щает человека в «онтологическую пустоту», где господ­ствует схематизм в словесности, отсутствует «ощуще­ние мировой реальности» и целостности личности че­ловека. В свойственном этому мирочувствию научном мировоззрении теряется «основной масштаб» - мас­штаб самого человека. Однако Флоренский верит, что «русло жизни пойдет помимо того, что считалось... за­ветным сокровищем цивилизации». В понимании Фе­дорова оправдание человека связано с полным воскре­шением и бессмертием человечества, а также с окон­чательным овладением природными силами и подчине­нием нравственному началу не только всего земного, но и космоса. У В. С. Соловьева оправдание человека оп­ределяется прежде всего тем, что каждый человек «...своею глубочайшею сущностью коренится в вечном божественном мире» и может избрать путь обожения, путь к Богочеловеку. Для Вышеславцева мотивы А. тоже связаны с богоподобием человека, исходящим от его «духовной личности», к-рая есть «свет сознания и мощь свободы», причем моего сознания и моей свободы. По Булгакову, воля, ум, чувство (составляющие души чело­века) соответствуют Божественным Добру, Истине и Красоте. Дух человека - «неисследимая бездна» и есть абсолютное, вневременное начало в нем (отсюда и не­верие мн. в собственную кончину, аннигиляцию). В по­нимании Булгакова человек не является к.-л. что, а «есть, как и Бог, абсолютное не-что». Полнота образа Божия, по его мнению, принадлежит только человеку, ибо Хри­стос воплотился в человека, а не в одного из ангелов. «Поэтому человеку присуще стремление к абсолютному творчеству, по образу Божию». Булгаков видел антино­мичность человека, наличие в нем и тварного, и мирс­кого. У Бердяева оправдание человека определяется тем, что в нем присутствует дух как бесконечная свобода и неограниченное творчество, что человек является «Бо­жьей идеей», центром всех миров. Каждый человек, по его мнению, должен «отгадать Божию идею о себе», са­мореализоваться и «помогать Богу в осуществлении за­мысла Божьего и мире».

Л и т.: Флоренский П. А. У водоразделов мысли (II: Пути и средоточия) // Соч. М., 1990. Т. 2; Соловьев В. С. Чтение о Богочеловечестве // Соч.: В 2 т. М., 1989. Т. 2; Булгаков С. Н. Свет невечерний. М., 1994 (Отдел 3: Человек); Вышеславцев Б. П. Вечное в русской философии // Вышеславцев Б. П. Этика пре­ображенного Эроса. М., 1994. С. 279-29\;БердяевН. А. Фило­софия свободного духа. М., 1994.; Семенова С. Г. Этика «об­щего дела» Н. Ф. Федорова. М., 1989; Франк С. Л. Реальность и человек. М., 1997.

В. Л. Курабцев
АНТРОПОЛАТРИЯ (от греч. anthropos - человек и latreia - служение, услужение) - «возведение человека в предмет поклонения» (Зенъковский). По Франку, «ан-трополатрия - идолопоклонство перед человеком». Ис­токи А. - учения софистов, ряда философов Возрож­дения и др. представления, связанные с антропоцентриз­мом и идеологией земного, т. е. атеистического или по­чти атеистического, гуманизма. В истории философии встречаются также мотивы А., сочетающейся с религи­озным пониманием мира и человека. В рус. философии элементы А. заметны у Герцена, Чернышевского, Пи­сарева. Так, Писарев призывал к эмансипации челове­ческой личности от «разнообразных стеснений, кото­рые на нее налагает робость собственной мысли, авто­ритет предания, стремление к общему идеалу и весь тот отживший хлам, который мешает живому человеку сво­бодно дышать и развиваться во все стороны». Для Лав­рова человек - источник природы, истории, соб­ственного сознания; нравственный борец и пре­образователь всего сущего. А. Михайловского персо-налистична: личность и ее судьба - святы и неприкосно­венны, личность «никогда не должна быть принесена в жертву» и нужно всегда заботиться о ее торжестве. В борьбе за цельность и полноту человека он высказывал­ся против дробления и уничижения личности «высшими индивидуальностями» - семьей, социальными группа­ми, об-вом. Апофеоз человека заметен также в «Запис­ках из подполья» Достоевского, видевшего не только бездны зла, но и добра в человеческой природе. Человек хочет, писал он, «по своей глупой воле пожить», и по­этому он может выбрать страдание, совершить глупый или плохой поступок, не внимая разуму, совести, пользе. «Все-то дело человеческое, кажется, действительно в том только и состоит, чтобы человек поминутно доказывал себе, что он - человек, а не штифтик». Пет ничего важ­нее для живого человека его «вольного и свободного хотения», своего, пусть даже и «дикого, каприза». Дос­тоевский верил в необходимость проявления человеком своего «Я», своей души перед бездушными закономер­ностями природы, об-ва, науки, верил в «величайшую красоту человека, величайшую чистоту его», к-рые, од­нако, нужно суметь обратить на пользу человечеству. Дух восхищения перед земным человеком и его делами, идея А., отрицающая греховность и падшесть человека, опасность его обоготворения, были присущи А. М. Горь­кому: «Для меня нет другой идеи, кроме идеи человека: человек, и только человек, на мой взгляд, творец всех вещей. Это он творит чудеса, а в будущем он овладеет всеми силами природы. Все, что есть прекраснейшего в нашем мире, сотворено трудом и разумной рукой чело­века... Я склоняюсь перед человеком, потому что не ощу­щаю и не вижу на земле ничего, кроме воплощения его разума, его воображения, его изобретательного духа». Нек-рые рус. философы, напр. К. Н. Леонтьев, в подоб­ной А. не видели ни подлинного добра, ни подлинной правды. Мечтательное восхищение перед «идеей чело­века вообще» и стремление устроиться без Бога, учиты­вая «испорченность» человека, земной жизни и культу­ры, особенно совр., ведут, по мнению Леонтьева, к тра­гедиям отдельного человека и человечества. Рус. рели­гиозные экзистенциально мыслящие философы пытались сочетать А. и путь к Богу. Они утверждали ве­личайшую ценность, уникальность, бесконечность и свободу отдельного человека, его души и жизни, его борьбы за творчество и спасение. Бердяев писал в «Смысле творчества» (1916): творческий акт есть самооп­равдание человека перед сущим, «есть самоценность, не знающая над собой внешнего суда». «Культ святости должен быть дополнен культом гениальности». Возрож­денческая мощь звучит в словах Бердяева, говорящего о духе человека: «Бесконечный дух человека претендует на абсолютный, сверхприродный антропоцентризм, он сознает себя абсолютным центром не данной замкнутой планетной системы, а всего бытия, всех миров». А. Шес-това относилась не к «разумному», социальному че­ловеку, а к человеку «живому», дерзновенному, отва­живающемуся бороться за невозможное. Это предпо­лагает «новое измерение мышления» («веру»), «бе­зумную» устремленность к Богу. «Нет законов над че­ловеком, - пишет Шестов в работе «На весах Иова» (1929). - Все для него: и закон и суббота. Он - мера всех вещей, он призван законодательствовать, как неограни­ченный монарх, и всякому положению вправе противопо­ставить... противоположное».

Лит.: Писарев Д. И. Избр. произв. Л., 1968; Достоевский Ф. М. Записки из подполья // Поли. собр. соч.: В 30 т. Л., 1973. Т. 5; Бердяев Н. А. Философия свободы. Смысл творчества. М., 1989; Шестов Л. Соч.: В 2 т. М., 1993.

В. Л. Курабцев

«АНТРОПОЛОГИЧЕСКИЙ ПРИНЦИП В ФИЛОСО­ФИИ» - осн. философское соч. Чернышевского, напеча­танное (без подписи) в журн. «Современник» (1860. № 4, 5). Поводом для его написания явилась публикация рабо­ты Лаврова «Очерки вопросов практической филосо­фии». Чернышевский представил Лаврова как «мысли­теля прогрессивного», близкого к его собственному на­правлению, заметив, однако, что Лавров сочетает «соб­ственные достоинства с чужими недостатками». Здесь подразумевались многочисленные ссылки Лаврова на П. Ж. Прудона, Дж. С. Милля, И. Фихте-младшего, А. Шо­пенгауэра и др. мыслителей, к-рые, по убеждению Черны­шевского, вовсе не выражают дух «современных поня­тий». Последним достижением Чернышевский считал философию Л. Фейербаха, запрещенного цензурой и по­тому не названного по имени. Т. обр., главная цель рабо­ты состояла в изложении «антропологического принци­па» в соответствии с учением Фейербаха. В центре фило­софии, по мнению Чернышевского, должна быть идея антропологического монизма, согласно к-рой человек понимается как единая сущность, соединяющая матери­альную и духовную стороны жизни. Критикуя концеп­цию о «двух субстанциях» человека, Чернышевский про­водил идею единства природы человека и «единства че­ловеческого рода»: «Принципом философского воззре­ния на человеческую жизнь со всеми ее феноменами служит выработанная естественными науками идея о единстве человеческого организма... Философия видит в нем то, что видят медицина, физиология, химия; эти на­уки доказывают, что никакого дуализма в человеке не вид­но». Однако, в отличие от Фейербаха, Чернышевский на первый план ставит вопрос о социально-политической обусловленности философии, о ее связи с политикой. Этой темой открывается работа, тогда как формулировка ант­ропологического принципа отнесена к ее концу. «Поли­тические теории создаются, - пишет Чернышевский, -под влиянием текущих событий, и ученые трактаты слу­жат отголосками исторической борьбы, имеют целью за­держать или ускорить ход событий». Рассматривая теоре­тические позиции различных мыслителей - Т. Гоббса, Ш. Монтескье, Ж. Ж. Руссо, Гегеля и др., - Чернышевский исходил из того, что они проистекают из «общественного положения», определяемого принадлежностью к той или иной «политической партии». Чернышевский заявил о себе как о принципиальном стороннике «научного на­правления в философии», и это раскрывается в его опре­делении предмета философии как «теории решения са­мых общих вопросов науки» (об отношении духа и мате­рии, о свободе воли, бессмертии души и т. п.). Естествен­ные и нравственные науки (к последним Чернышевский относит и философию) используют одни и те же принци­пы и объективные методы. Напр., закон причинности дей­ствует и в нравственной сфере, являясь аргументом про­тив абсолютизации свободы воли: «...то явление, которое мы называем волею, само является звеном в ряду явле­ний и фактов, соединенных причинной связью». Соотно­шение детерминизма и свободы воли нашло отражение в этических взглядах Чернышевского. Используя и здесь ант­ропологический принцип, он формулирует осн. положе­ния теории разумного эгоизма: осн. свойством природы человека объявляется себялюбие, эгоизм; в своей повсед­невности человек руководствуется выгодой, «расчетом пользы», и из этой установки рождается воля к действию. Иначе говоря, какие бы цели человек ни выставлял на пер­вый план в своих действиях, он верен собственной «нату­ре» - «поступать так, как приятнее ему поступать, руко­водиться расчетом». В теории разумного эгоизма уста­навливается первенство разума над волей, просвещения над нравственным совершенствованием; добро, ото­ждествляемое с пользой, становится реальной ценностью для человека. Проблема состоит в том, чтобы убедить человека в максимальной выгодности для него самого такого поведения, к-рое ориентировано на пользу всего человечества. Всеобщее научное значение имеет, по Чер­нышевскому, также принцип «отрицательных умозаклю­чений» - «различение того, что мы знаем, от того, чего не знаем». Применительно к философскому пониманию человека это означает, что он обладает только одной, ви­димой натурой, к-рую он знает в ее реальном проявле­нии (сознание как функция человеческого организма). Все «непроявленное» в человеческой натуре (неочевидное, непознанное) Чернышевский, т. обр., оставлял за поро­гом философского разумения. Юркевич называл главным недостатком теории материализма, разработанной Чернышевским в «А. п.», полную недоказанность им перехода количественных физиологических состояний человеческого организма в качественно иные - психи­ческие явления. В обширной статье «Из науки о челове­ческом духе», превышающей по объему работу Черны­шевского, он подробно разобрал осн. философские до­воды Чернышевского. Статья Юркевича, первоначально опубликованная в малотиражных «Трудах Киевской духо­вной академии», была в следующем, 1861 г. перепечатана в «Русском вестнике» Каткова со статьей-комментари­ем последнего «Старые и новые боги». Чернышевский ничего не ответил по существу контраргументации Юр­кевича, ограничившись лишь дословным безоценочным воспроизведением в своей статье «Полемические красо­ты» (1861) части катковского комментария. В разные годы об «А. п.» писали Ленин, Плеханов, Радлов, Зенъковский, Луначарский, Бердяев и др. Ближайшими последователя­ми идей, изложенных в данной работе, стали Серно-Со-ловьевич, Антонович, Шелгунов и др. шестидесятники.

Лит.: Юркевич П. Д. Из науки о человеческом духе // Юр­кевич П. Д. Филос. произв. М., \990,Ленин В. И. Философские тетради // Поли. собр. соч. Т. 29. С. 64, 576; Луначарский А. В. Статьи о Чернышевском. М., 1958; Плеханов Г. В. Н. Г. Черны­шевский. Спб., 1910; Розенфечьд У. Д. Н. Г. Чернышевский. Становлением эволюция мировоззрения. Минск, \912\Емель-янов Б. В. Из истории идейной борьбы вокруг «Антропологи­ческого принципа в философии» Н. Г. Чернышевского. Свер­дловск, 1976; Пайщиков А. П. Н. Г. Чернышевский. М., 1982; История русской философии / Под ред. М. А. Маслина. М., 2007. С. 200-218.
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   227

Похожие:

Ф. М. Достоевский русская философия iconНовые поступления июль сентябрь 2013 г. Содержание русская литература...
Бесы : [роман] / Федор Достоевский. Москва : Эксмо, 2012. 603, [2] с. (Русская классика)

Ф. М. Достоевский русская философия iconРусская философия сложный и многогранный процесс, который включает...
В первом случае русская философия рассматривается как «национальное самосознание эпохи», выражение русского характера и русской души,...

Ф. М. Достоевский русская философия iconА. Ф. Родюков русская философия о роли личности в истории государства
Р61 Русская философия о роли личности в истории и государстве / Родюков А. Ф. – Спб. Издательство Спбгут, 2013. – 56 с

Ф. М. Достоевский русская философия iconСписок литературы на лето для 10 класса. Русская литература
«Детство. Отрочество. Юность» Достоевский Ф. М. «Бедные люди», «Униженные и оскорбленные»

Ф. М. Достоевский русская философия iconНовые поступления октябрь 2013 содержание русская современная литература 2
Братья Карамазовы : [роман] / Федор Достоевский. Москва : аст : Астрель, 2012. 781, [1] с. (Золотая классика) 1500 экз

Ф. М. Достоевский русская философия iconФилософия Филатов Тимур Валентинович Спиркин А. Г. «Философия»
Философия – один из базисных видов деятельности выполняющий функции исторического типа мировоззрения

Ф. М. Достоевский русская философия iconСовременная русская и американская
Михаил Архангельский Малевич, действительность и культура. Философия супрематизма

Ф. М. Достоевский русская философия iconКабинет некрасова
«Особен­ности русской национальной охоты». Вот стол, за которым Некрасов, Достоевский и Козьма Прутков часто пили чай с малиновым...

Ф. М. Достоевский русская философия iconПрезентация новой книги российской писательницы Людмилы Ивановны...
Не мечом, а духом. Русская литература о войне и мире" (1989), "Бесы: роман-предупреждение" (1990), "Возлюбленная Достоевского. Аполлинария...

Ф. М. Достоевский русская философия iconЛекция по теме №17 «философия хозяйства в современной россии» принадлежит...
Отечественная философия хозяйства XX-XXI вв.: Россия – СССР – Россия. Формирование новой модели хозяйствования и его философское...



Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2018
контакты
ley.se-todo.com

Поиск