Ф. М. Достоевский русская философия






Скачать 25.03 Mb.
НазваниеФ. М. Достоевский русская философия
страница7/227
Дата публикации20.09.2013
Размер25.03 Mb.
ТипДокументы
ley.se-todo.com > Философия > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   227

С о ч.: Литературные образы и мнения. Спб., 1904; Весен­няя обрядовая песня на Западе и у славян. Спб., 1903-1905. Ч. 1-2; Искусство и социалистический строй. Спб., 1906; Пред­течи и современники на Западе и у нас. Спб., 1910; Язычество и Древняя Русь. Спб., 1914; Христианство и Древняя Русь. Пра­га, 1924; История эстетических учений. Прага, 1926; Западные литературы и славянство: Очерки: В 2 т. Прага, 1926.

Лит.: Автобиографические сведения // Венгеров С. А. Кри-тико-биографический словарь русских писателей и ученых. Спб., 1904. Т. 6.; Иванов Вяч. И. Аничков Евгений Васильевич // Но­вый энциклопедический словарь / Ф. А. Брокгауз и И. А. Еф­рон. Спб., б.г. Т. 2.; Тименчик Р. Д. Аничков Евгений Василье­вич//Русские писатели. 1800-1917: Биографический словарь. М., 1989. Т. 1. С. 77-78.

В. В. Мильков
АННЕНКОВ Павел Васильевич (19.06(1.07). 1813; подр. данным 18(30).06.1812, Москва - 8(20).03.1887, Дрезден) -литературный критик, публицист. Учился (вольнослуша­телем) в Петербургском ун-те. В 40-х гг. был близок к кру­гу друзей Белинского и Герцена, в идейно-философской атмосфере к-рого сложились западничество А., его ан­типатии к идеалистической спекулятивной метафизике, ориентация на положительную науку (в частности, на политическую экономию), симпатии к прудонизму. В 1846 г. А. познакомился с К. Марксом, переписывался с ним и испытал нек-рое влияние его идей, приветствуя, напр., «живительное действие» Марксовой критики П. Ж. Пру-дона и идеалистической гегелевской философии. В целом мировоззрение А. в 40-е гг. и в последующие десятилетия не вышло за рамки дворянского либерализма (в сфере политики) и критики наиболее явных разновидностей спе­кулятивного идеализма (в сфере философии). Выступая с нек-рыми оговорками за приобщение России к европей­ской цивилизации, распространение в стране научного знания и образованности, развитие нравственных сил наро­да, проповедуя идею деятельного, самостоятельного че­ловека, он оставался сторонником сохранения сословий, противником просветительских и социалистических иде­алов и революционных методов преобразования об-ва. В области литературной критики он выступал, наряду с Боткиным, А. В. Дружининым, С. С. Дудышкиным и др., приверженцем умеренно толкуемой концепции «чисто­го искусства», защищая положение, что нельзя смеши­вать разные роды умственной деятельности, в т. ч. истины науки (выраженные законом и мыслью) и истины искус­ства (выражаемые образами и чувствованиями). С его т. зр., вредны как «фанатизм художественности», так и ра­болепная «верность окружающему». Отсюда задачей ли­тературы является «поэтическое воспроизведение дей­ствительности»; в художественном произв. на первом месте должна стоять «художническая мысль»: эстетичес­кая форма, красота образов, обилие фантазии, а не фило­софская и педагогическая мысль во имя утилитарных це­лей. Мемуары А. - содержательный источник исследова­ния рус. общественной и философской мысли XIX в.

С о ч.: Воспоминания и критические очерки 1849-1868 гг. Спб., 1877-1881. Т. 1-3; П. В. Анненков и его друзья: Литера­турные воспоминания и переписка 1835-1885 годов. Спб., 1892. Т. 1; К. Маркс, Ф. Энгельс и революционная Россия. М., 1967. С. 127-131, 142-145 (письма Анненкова Марксу); Парижские письма. М., 1983.

Лит.: Рязанов Д. Карл Маркс и русские люди сороковых годов. 2-е изд. Пп, 1919; Пруцков Н. И. «Эстетическая» крити­ка (Боткин, Дружинин, Анненков) // История русской критики. М.; Л., 1958. Т. 1; Егорьев Б. Ф. Борьба эстетических идей в России XIX в. Л., 1982.

В. Ф. Пустарнаков
АНТИНОМИЗМ (от греч. antinomia - противозаконное, противоречие в законе) - диалектическое философство­вание, осн. признаком к-рого является антиномия, т. е. напряженное противостояние противоположных, рассу­дочно несовместимых положений (тезиса и антитезиса). В истории рус. философии А. в наиболее полном виде был присущ воззрениям Флоренского (чаще он употреб­ляет термин «антиномичность») и связан с аритмологией Бугаева и др. основателей Московской философско-математической школы, противопоставивших аналитичес­кому (непрерывному) миросозерцанию теорию прерывных функций и, шире, идею прерывного миросозерцания, способного объяснить случайное, иррациональное, дей­ствия индивидуальности. Аритмология в понимании Фло­ренского живет чувством «надтреснутое™» мира и, воз­можно, указывает на близость конца света. В магистерс­ком соч. «О духовной истине» (1912) он определяет свой метод как метод диалектики в ее широком значении, т. е. как не рассудочное, а живое и жизненное мышление, на­растающий сгусток проникновений, вживаний не спеша­щей определиться мысли в существо предмета. Мир, жизнь, человек и его разум, в понимании Флоренского, греховны, полны реальных «трещин», противоречий, к-рые нельзя «замазывать». Поэтому истина должна быть также противоречива, должна быть «антиномией, и не может не быть таковою». Это значит, что она обязательно утверждает и столь же убедительно и необходимо отри­цает себя и, следовательно, не боится любых опроверже­ний и приобретает с формальной стороны безусловное значение. Таких истин - великое множество, и они явля­ются символами или знаниями об абсолютной Истине. При приближении к Истине (Свету, Богу) «трещины» мира высвечиваются более контрастно, его антиномичность становится все очевиднее и исчезает только в «Горнем Иерусалиме», побежденная единой Истиной. Др. причи­на А. истины, согласно Флоренскому, связана с тем, что познание ее есть духовный подвиг, вера, т. е. «самоотре­шение», самоотрицание (рассудка). Антиномичность сверхрассудочна, поэтому постигаемый очищенным умом с помощью Духа Святого антиномичный догмат, объект веры, с к-рого и начинается спасение человека, является действительной точкой опоры разума. По Фло­ренскому, А. как живое восприятие начинается с Герак­лита Эфесского, прозревшего внутреннюю вражду мира и сверхмирное единство бытия. Далее А. получает свое развитие в учениях элейцев, Платона, Николая Кузанско-го, Канта, Гегеля, Фихте, Шеллинга, Ницше, прагматистов и др. На идее антиномичности построена Библия, осо­бенно «Книга Иова» и послания апостола Павла. Только в словесную форму антиномии - одновременно и «да» и «нет» - облекаются переживания тайн религии. Антиномична и суть христианской веры: любовь Я ведет к само­отвержению, к не-Я и этим приближает к богоподобию. А. присущ всему символизму теодицеи и антроподи­цеи, как ее понимал Флоренский, ибо символ и челове­чен, и сверхчеловечен. Он прозревается повсюду: в язы­ке, в искусстве, в мировоззрении, в строении человека (усийное, т. е. сущностное, и ипостасное начала) и пуль­сациях его жизни, в характеристиках духовного типа лич­ности, в условиях освящения (соединение Божественной и человеческой энергий в молитве, иконе, кресте), в хо­зяйственной деятельности человека, в строении и чередо­вании типов культур и т. д. А. как метод и стиль мышления присущ взглядам Булгакова, что наиболее ярко запечат­лено в его работе «Свет невечерний» (1917). В посмерт­ном труде «Невеста Агнца» (1945) Булгаков прославляет «критический антиномизм» и говорит об антиномии че­ловека («и личен и всечеловечен»), об антиномичности блаженства и мук и т. д. Своеобразным пониманием А. отмечено творчество Франка. В наиболее отчетливом и развернутом виде он проявился в произв. «Непостижи­мое (Онтологическое введение в философию религии)» (1939). Учение об А. Франк разрабатывал под сильным влиянием Николая Кузанского, о к-ром в предисловии к «Непостижимому» говорится: «Он в некотором смысле есть мой единственный учитель философии». Заметное воздействие на понимание Франком антиномии оказал Псевдо-Дионисий Ареопагит с его мыслью о том, что в первопричине бытия нужно утверждать все, что есть в сущем, поскольку она - причина всего, и все отрицать, поскольку она возвышается над всем этим. Непостижи­мое Франк понимает как данную в опыте и неразложи­мую на понятия реальность, самый глубокий слой к-рой есть первооснова и всеединство сущего. Оно основано на «ни то, ни другое», на абсолютном единстве, порожда­ющем многообразие и возвышающемся над последним. Однако непостижимое не только отрешено от всего, но и «все объемлет и вездесуще, оно есть ничего и все». Зна­ние о непостижимом есть «умудренное неведение» («ученое незнание» Николая Кузанского), к-рое выступа­ет как видение «безусловно неразрешимого... антиномиз-ма в существе непостижимого». Подобное видение, со­гласно Франку, невыразимо в словах и в мысли. В нем путем немого соприкосновения, несказанной внутренней охваченности «высшая правда» сама молча говорит о себе и открывает себя во всем своем величии. «Витание» над «антиномией» в ней является, по Франку, «последним ито­гом философского самосознания». Элементы А. можно встретить также в соч. Сковороды (учение о двухслойно-сти бытия, понимание тела человека как одновременного существования тела земного и тела духовного), Герцена (в том, что Зенъковский назвал его «историческим ало­гизмом»), Вышеславцева (антиномия системы и беско­нечности, рациональности и иррациональности как осн. антиномия философии), Эрна и др. рус. философов. У Бердяева, хотя он и выступал с критикой А., тем не менее А. проявлялся в утверждении «свободы в Боге и свободы в человеке», в признании «не только Бога, страдающего, умершего на кресте, но и бога Пана, бога стихии зем­ной», не только культа святости, но и культа творческой гениальности (см.: Смысл творчества. М., 1916). В поле­мике против А. Е. Н. Трубецкой называл его «мистичес­ким алогизмом». В. С. Соловьев, братья Трубецкие, Н. О. Лосский считали, что содержание мистического созер­цания, веры не разделяется на антиномически несовмес­тимые элементы, поэтому оно может быть выражено в форме, свободной от самопротиворечивости.

Лит.: Мистическое богословие. Киев, 1991; Флоренский П. А. Соч.: В 2 т. М., 1990;Булгаков С. Н. Свет невечерний. М., 1994; Франк С. Л. Соч. М., 1990; Половинкин С. М. П. А. Флоренс­кий: Логос против хаоса. М., 1989.

В. Л. Курабцев
АНТОНИЙ (в миру Александр Ксаверьевич Булатович) (26.09(8.10). 1870, Орел - 5.12.1919, с. Луциковка Лебединс­кого у. Харьковской обл.) - иеросхимонах, религиозный публицист и богослов, дипломат и путешественник. Профессиональный военный, личный друг абиссинско­го императора Менелика II. Булатович пережил в начале 900-х гг. глубокий душевный кризис, в результате чего уво­лился в запас (1903) и стал в 1906 г. послушником Важео­зерской Никифоро-Геннадиевской пустыни. В 1912 г. уехал на Афон, где принял схиму. В 1913 г. был вовлечен в бого­словский спор по вопросу о божественности имени «Иисус», став по главе движения имеславия в Андреевс­ком скиту, откуда под его руководством монахи изгнали тогдашнего настоятеля. Острый спор в монашеской среде и последовавшая блокада скита, а затем даже штурм его воинской частью привлекли внимание российской обще­ственности к «черному бунту» (см. напр.: Бердяев Н. Га­сители духа // Русская молва. 1913.5 августа). В своих бо­гословских трудах А. обосновывал идею неразрывного единства имени Божия и его сущности, доказывал, что божественная энергия имени при наличии сильной рели­гиозной веры преображает душу и все существо челове­ка. Эти утверждения вызвали обвинения имеславцев в ереси, в попытке превратить имя Божие в некое самосто­ятельное божество. Однако спор шел не только и не столько об именах, сколько - о рус. православных святынях, о ко­ренной их противоположности лжесвятыням, о несовме­стимости подлинных христианских имен и лжеимен (са­мозванства). Имеславцы во главе с А. нашли поддержку у ряда священников и богословов (еп. Феодор Поздеевс-кий, М. Д. Муретов, Флоренский, Булгаков и др.), защи­щавших имеславие как церковное учение (Богословские труды. 1982. Сб. 23. С. 269). Так и не получив церковной реабилитации, А. был убит в декабре 1919 г. в своей келье. Его труды, как и само движение имеславия, послужили толчком к разработке рус. мыслителями (Флоренский, Булгаков, Лосев и др.) такого самобытного философского направления, как философия имени.

С о ч.: Антоний (Булатович). Апология веры во Имя Божие и во Имя Иисус. М., 1913; Моя борьба с имяборцами на Свя­той горе. Пг., 1917.

Лит.: Булгаков С. Н. Афонское дело // Русская мысль, 1913. № 9. С. 37-46; Косвинцев Е. Н. Черный «бунт». Стра­нички из истории «афонской смуты» // Исторический вестник. 1915. № 1-2; Семёнкин Н. С. Философия богоискательства. М., 1986. С. 46-59.

Н. С. Семёнкин
АНТОНОВИЧ Максим Алексеевич (27.04(9.05). 1835, г. Белополье Харьковской губ. - 14.11.1918, Петроград) -публицист, философ, последователь Чернышевского, ли­тературный критик. Учился в Ахтырском духовном учи­лище, Харьковской семинарии и Санкт-Петербургской духовной академии. В 1859 г. стал кандидатом богосло­вия, но, познакомившись с соч. Белинского, Герцена, от­казался от духовной карьеры. По настоянию Чернышевс­кого сделался активным сотрудником журн. «Современ­ник» и с 1862 г. (после ареста Чернышевского) - одним из руководителей журнала. В 1861 г. появились его осн. ста­тьи по философии: «Современная философия», «Два типа современных философов», «О гегелевской философии». По складу натуры А. был полемистом, вступавшим в ди­скуссию даже с близкими по духу авторами, напр. Писа­ревым и В. А. Зайцевым. Осн. оппонентами А. из проти­воположного лагеря были братья Достоевские и Стра­хов. В 1862 г. появилась нашумевшая статья А. «Асмодей нашего времени», посвященная разбору романа И. С. Тургенева «Отцы и дети» и положившая начало полеми­ке между журн. «Современник» и «Русское слово». С зак­рытием журн. «Современник» (1866) публицистика А. по­теряла былую значимость. Он увлекался естественными науками - геологией, химией, ботаникой, занимался пе­реводами с англ., фр. и нем. языков. В 1881 г. А. опублико­вал статью «Мистико-аскетический роман», посвящен­ную резкой критике религиозных идеалов Достоевского, изложенных в «Братьях Карамазовых». В нач. 80-х гг. по­ступил на государственную службу. В 1896 г. вышла его книга «Чарльз Дарвин и его теория». Позднее А. пишет мемуары, посвященные Чернышевскому, Добролюбову, Н. А. Некрасову и др. В нач. XX в., как и в 60-е гг. прошло­го века, А. отстаивал идеи антропологического материа­лизма, считая, что человек, как наиболее близкий и дос­тупный объект, есть та точка опоры, посредством к-рой изучается весь остальной мир, более того, все в мире дол­жно служить человеку, удовлетворять его материальным и умственным потребностям. Человек есть продукт при­роды, и наука о нем должна быть частью естествознания. Поэтому А. отвергает все религиозно-идеалистические версии антропологизма, а также дуалистическую ко­нцепцию психофизической природы человека. Критика философского идеализма в различных его формах - от гегельянства до рус. духовно-академической философии была в центре публицистики А. Резко отрицательное от­ношение он выразил и к религиозно-философской про­грамме сб. «Вехи». А. заявлял, что подлинное развитие может получить лишь «эмпирическая философия» при­роды, к-рая интересовала его прежде всего как базис че­ловека. Подобно мн. шестидесятникам, А. не видел суще­ственной разницы между фейербаховским материализ­мом и позитивизмом, положительно оценивал также идеи вульгарного материализма, опубликовав в 1863 г. рецен­зию на рус. перевод книги Я. Молешотта «Учение о пище». Как и все просветители, А. делил историю челове­чества на две эпохи: «естественного состояния» и «гражданского общества». При этом «естественная» жизнь, состоящая в удовлетворении всех потребностей человеческой природы, находящейся в гармонии и соот­ветствии с жизнью всей остальной природы, является це­лью существования человека. Страдания человечества А. связывал с невежеством и незнанием, с господством пред­рассудков, а его успехи, прогресс исторической жизни - с развитием знания. Именно при помощи знания устраня­ются «неудобства», стесняющие жизнь людей, создаются условия для решения осн. вопроса человеческой жизни -вопроса о пище; целью об-ва является гл. обр. распреде­ление пищи. Однако «пищевые условия» не объясняют, по А., всю историю; в число полезных для человека по­требностей входят также «потребности головы и сердца» (потребности культуры) и «житейские политические дела», особенно вопросы политического и правового строя. Касаясь этой проблематики, А., как и мн. шестиде­сятники, являлся сторонником демократизма и социализ­ма. С этой позицией связана и интерпретация им философских проблем рус. истории. А. активно проти­востоял всякой национальной ограниченности (особен­но славянофилов), отстаивал идею «срединного» поло­жения России между Западом и Востоком, Европою и Азией. Исходя из преобладания в ней вост. элемента над зап., а также «внешнего», неглубокого характера освое­ния достижений европейской цивилизации со времен ре­форм Петра I, преобладания государства и государствен­ного духа над об-вом, он ратовал за всестороннюю «ев­ропеизацию» страны, под к-рой понимал не все западно­европейские, а лишь общечеловеческие начала цивилизации и культуры. По своим эстетическим взгля­дам А. примыкал к Чернышевскому и Добролюбову. Вместе с тем он выступал не только против теории «ис­кусства для искусства», но и против позиции публицис­тов журн. «Русское слово», представлявших, по его мне­нию, «аскетический взгляд на искусство», т. е. отвергав­ших самостоятельность искусства, ставя перед ним толь­ко утилитарные цели. В философской публицистике А. большое место занимают как анализ совр. ему философ­ских течений, так и экскурсы в историю философии. Ис­ходя из мысли, что при единстве философских принци­пов каждый из передовых народов Европы имеет своеобразную философию, А. считал, что и у русских должна быть своя философия, отражающая «народный характер и склад русского ума»; но он решительно вос­противился проектам рус. «народного любомудрия» в славянофильском духе; просветительский тип философ­ствования А. сказался на его оценках рус. философов: он называл «плохим философом» Аввакума; Новикова от­нес к мистическому масонству, а Радищева квалифици­ровал как представителя последнего слова философии XVIII в. и деиста, испытавшего влияние фр. просветите­лей; особенно высоко оценивал А. идейно-философское наследие Белинского, Чернышевского и Добролюбова, а также Сеченова. А. отреагировал на утверждение в Рос­сии в сер. 90-х гг. марксизма как самостоятельного и вли­ятельного направления рус. общественной мысли. Но до конца своих дней он противопоставлял Марксу Чер­нышевского, доказывал, что он не ниже Маркса. В целом А. не вышел за рамки рус. просветительской философии 60-х гг. XIX в., считая ее «началом нашего возрождения».
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   227

Похожие:

Ф. М. Достоевский русская философия iconНовые поступления июль сентябрь 2013 г. Содержание русская литература...
Бесы : [роман] / Федор Достоевский. Москва : Эксмо, 2012. 603, [2] с. (Русская классика)

Ф. М. Достоевский русская философия iconРусская философия сложный и многогранный процесс, который включает...
В первом случае русская философия рассматривается как «национальное самосознание эпохи», выражение русского характера и русской души,...

Ф. М. Достоевский русская философия iconА. Ф. Родюков русская философия о роли личности в истории государства
Р61 Русская философия о роли личности в истории и государстве / Родюков А. Ф. – Спб. Издательство Спбгут, 2013. – 56 с

Ф. М. Достоевский русская философия iconСписок литературы на лето для 10 класса. Русская литература
«Детство. Отрочество. Юность» Достоевский Ф. М. «Бедные люди», «Униженные и оскорбленные»

Ф. М. Достоевский русская философия iconНовые поступления октябрь 2013 содержание русская современная литература 2
Братья Карамазовы : [роман] / Федор Достоевский. Москва : аст : Астрель, 2012. 781, [1] с. (Золотая классика) 1500 экз

Ф. М. Достоевский русская философия iconФилософия Филатов Тимур Валентинович Спиркин А. Г. «Философия»
Философия – один из базисных видов деятельности выполняющий функции исторического типа мировоззрения

Ф. М. Достоевский русская философия iconСовременная русская и американская
Михаил Архангельский Малевич, действительность и культура. Философия супрематизма

Ф. М. Достоевский русская философия iconКабинет некрасова
«Особен­ности русской национальной охоты». Вот стол, за которым Некрасов, Достоевский и Козьма Прутков часто пили чай с малиновым...

Ф. М. Достоевский русская философия iconПрезентация новой книги российской писательницы Людмилы Ивановны...
Не мечом, а духом. Русская литература о войне и мире" (1989), "Бесы: роман-предупреждение" (1990), "Возлюбленная Достоевского. Аполлинария...

Ф. М. Достоевский русская философия iconЛекция по теме №17 «философия хозяйства в современной россии» принадлежит...
Отечественная философия хозяйства XX-XXI вв.: Россия – СССР – Россия. Формирование новой модели хозяйствования и его философское...



Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2018
контакты
ley.se-todo.com

Поиск